Первая полоса


Главная

12:15 | 8.07.2020

С «Коршуном» наперевес

Лучший следователь-криминалист рассказал, какая техника помогает искать преступников и их жертв

В преддверии Дня сотрудника органов следствия Российской Федерации, который в нашей стране отмечается 25 июля, редакция ежедневной газеты «Вечерние Ведомости» совместно с пресс-службой следственного управления СК России по Свердловской области запускают серию материалов «РаСКРытие», в которых будет рассказываться о сотрудниках следственных органов, об их служебных буднях и раскрытии различных преступлений. Открывает рубрику интервью с капитаном юстиции Владимиром Филиппий, который по итогам 2019 года признан лучшим следователем-криминалистом СКР по Свердловской области.

- Владимир Валерьевич, в чём заключается работа следователя-криминалиста СКР?

- В обязанности сотрудников отдела криминалистики СУ СК России по Свердловской области входит большой перечень задач. В частности, это координация работы следователей территориальных отделов, взаимодействие с оперативными подразделениями при расследовании конкретных дел, самостоятельное производство следственных действий, обучение состава следственных подразделений в плане работы с высокотехнологичной криминалистической техникой, имеющейся в распоряжении отдела криминалистики...

- О какой именно технике идёт речь?

- Например, это георадар, который позволяет обнаруживать полости в грунте, благодаря чему мы отыскиваем тела убитых граждан, спрятанные преступниками под землёй. Детектор нелинейных переходов «Коршун», позволяющий определить полупроводники, которые содержатся в платах сотовых телефонов и, соответственно, обнаружить эти средства мобильной связи. Кроме того, на вооружении у нас есть два источника экспертного света «МИКС-450» и «Projectina SL-450», которые позволяют увидеть на месте происшествия биологические следы при использовании конкретных световых фильтров. Также имеется тепловизор «FlirT335», с помощью которого, в частности, можно установить очаг возгорания, если мы говорим о пожаре. Это основные образцы кримтехники, которые применяются нами. В прошлом году в ходе выездов на места происшествий данная кримтехника применялась мною более чем в 50 случаях.

-Как это происходит на практике? Следователь из какого-нибудь района или города звонит вам и говорит, что по расследуемому им делу необходимо применить такую-то кримтехнику?


- Приблизительно именно так. Но у нас бывают и внеплановые выезды (в частности, я вхожу в состав постоянно действующей мобильной группы следователей-криминалистов), в ходе которых при необходимости мы можем выехать на место происшествия со всей имеющейся у нас кримтехникой. Зачастую только на месте становится возможным конкретно определиться с тем перечнем задач, которые необходимо осуществить, и с теми устройствами, которые нужно применить для поиска каких-либо следов.

- На Вас и Ваших коллег, насколько мне известно, возложена ещё и аналитическая работа.


- Конечно, не только использование кримтехники, но и аналитическая работа входит в наш функционал. И порой аналитическая работа бывает важна не менее использования кримтехники. А в каких-то случаях и более важна, потому что именно анализ тех материалов, которые собраны следователями, следственной группой и оперативными подразделениями, позволяет увидеть какие-либо недостатки, либо «нащупать» моменты, на которые необходимо в дальнейшем возложить наибольшие усилия, чтобы добиться желаемого результата.

- То есть когда следователь районного звена, образно говоря, заходит в тупик, следователь-криминалист «включает» свои аналитические способности?

- Следователи в территориальных следственных отдела довольно загружены в плане большого количества находящихся у них в производстве уголовных дел. И как раз следователь-криминалист, который обладает опытом расследования различных уголовных дел, определёнными навыками анализа собранных материалов, может, как говорится, собраться с мыслями и проанализировать то, что получено на конкретном этапе расследования, и в дальнейшем либо подготовить указания, либо спланировать совместные с районными следователями мероприятия. Возвращаясь к итогам 2019 года, можно отметить, что в 2019 году мною были подготовлены и направлены следователям свыше 70 детальных указаний по изученным уголовным делам.

- В сферу Ваших профессиональных интересов входят не только «живые» дела, расследование по которым не приостанавливалось, но и уголовные дела, относящиеся к категории преступлений прошлых лет. Как по этому направлению проводится работа?

- Действительно, у каждого зонального следователя-криминалиста среди текущих бесфигурантных уголовных дел, находящихся в производстве подконтрольных следственных отделов, также в обязательном порядке имеется такое направление, как раскрытие преступлений прошлых лет, совершенных год и более назад. В зону моего обслуживания входят следственные отделы по Железнодорожному, Кировскому районам города Екатеринбурга и по Тагилстроевскому району Нижнего Тагила. Разумеется, в этих крупных территориях тоже есть преступления прошлых лет, над раскрытием которых мы на систематической основе работаем. Так, в Железнодорожном районе областного центра в 2001 году тогда ещё районной прокуратурой было возбуждено уголовное дело по факту убийства гражданки Васильевой (фамилия изменена — прим. редакции). По истечении нескольких месяцев первоначального расследования установить виновное лицо не представилось возможным, и уголовное дело было приостановлено. Я изучил взятые с архивной полки следственные материалы, провёл встречу с оперативными подразделениями, ознакомился с имеющимися у них материалами. И в итоге нашёл небольшую «зацепку», указывающая на возможную причастность лица, которое на момент преступления входило в круг общения потерпевшей. При уточнении данных о личности этого мужчины выяснилось, что гражданин Трубин (фамилия изменена — прим. редакции) был неоднократно судим, а в тот период, когда он попал в поле моего зрения (в августе 2019 года), вновь находился в местах лишения свободы на самом севере нашей области, отбывая наказание за совершение убийства. Выехав в служебную командировку в город Ивдель, на территории исправительного учреждения я провёл с гражданином необходимые следственные действия, по итогам которых он, как принято говорить, «под гнётом неопровержимых доказательств», признал свою причастность к убийству и пояснил, что преступление было совершено им в состоянии алкогольного опьянения. Потерпевшей на момент убийства было около 40 лет, а злоумышленнику — около 50. Сейчас ему уже под 70 лет, большую часть из которых он провёл в местах лишения свободы...

- Общеизвестно, что большое значение в раскрытии преступлений имеет экспертная составляющая. В этом плане можете привести какую-нибудь историю в качестве примера?

- Таких историй у каждого следователя-криминалиста, думаю, найдётся немало, ведь одной из наших обязанностей является тесное взаимодействие с экспертными учреждениями. В частности, на территории того же Железнодорожного района Екатеринбурга некоторое время назад было совершено сексуальное преступление в отношении пожилой женщины, которая подверглась нападению злоумышленника во дворе частного домовладения. Отталкиваясь от показаний потерпевшей, сложно было установить приметы преступника. Мало того, что потерпевшей стала пожилая женщина, так у неё ещё и были проблемы с речью. Единственное, что могло нас сориентировать в плане внешности злоумышленника — это показания дочери потерпевшей, которая в момент посягательства пришла к матери домой и фактически спугнула негодяя. В связи с чем он вынужден был спешно ретироваться. Но и этих сведений было недостаточно для раскрытия преступления. Получив информацию о случившемся, я прибыл на место происшествия и организовал его осмотр с применением источника мобильного света. В результате нам удалось обнаружить биологические следы возможного подозреваемого, по которым назначена молекулярно-генетическая экспертиза. Впоследствии был установлен генетический профиль возможного злоумышленника, который проверен по федеральным учётам, имеющимся в экспертных подразделениях МВД России. В ходе этой работы было установлено, что генетический профиль принадлежит жителю Новгородской области, ранее судимому, в связи с чем его и поставили в свое время на учёт. Оперативно-розыскными мероприятиями удалось установить местонахождение этого мужчины, который на тот момент обитал в Москве. Сотрудники уголовного розыска выехали в столицу и задержали гражданина, доставив его в Екатеринбург для дальнейших следственных мероприятий. Благодаря тактически грамотно выстроенному допросу и собранным на тот момент доказательствам, мужчина признался в содеянном, подтвердив свои признательные показания в ходе их проверки на месте происшествия. В итоге суд приговорил его к 5 годам лишения свободы. По моему мнению, если бы в данном случае в нашем распоряжении не было вещественных доказательств, полученных в ходе тщательного осмотра места происшествия с применением кримтехники, и результатов проведённой по ним экспертизы, вопрос о раскрытии данного преступления был бы весьма затруднительным. Ведь в Екатеринбурге преступник — житель другого субъекта - оказался случайно, находился у нас меньше суток. Из Красноярского края он ехал безбилетником на поездах, в товарных вагонах. Периодически его высаживали, он перескакивал на другой состав. И как раз получилось так, что в очередной раз его высадили на станции, расположенной вблизи места происшествия. Он вышел со станции и, будучи в состоянии алкогольного опьянения, увидел потерпевшую, а затем решил совершить преступление, воспользоваться беспомощным состоянием пожилой женщины.

- В 2019 году Вы были признаны лучшим следователем-криминалистом регионального следственного управления СК России. По каким критериям определялся лучший сотрудник?

- Перечень оценки следователей-криминалистов довольно большой. Начиная от выездов на места происшествий, результативности этих выездов, заканчивая количеством изученных уголовных дел, подготовленных указаний, методических рекомендаций. Оценка нашей работы складывается из этих факторов, и по итогам осуществлённой деятельности руководством выбирается конкретный следователь-криминалист, достойный звания лучшего. Всего в 2019 году мною принято участие в производстве 364 следственных (процессуальных) действий по фактам совершения преступлений различной тяжести. Почти 300 следственных (процессуальных) действий проведено самостоятельно с использованием криминалистической техники. Также мною в течение года изучено 117 уголовных дел, из которых 57 относятся к категории преступлений прошлых лет.

Отметим, что именно Владимир Филиппий сегодня, 8 июля, выехал в район озера Балтым, где принимает участие в доследственной проверке по сообщению о безвестном исчезновении 9-летнего мальчика, который пропал вечером 7 июля. Рассматриваются несколько версий произошедшего, в том числе, не исключается, что ребёнок мог утонуть. Совместно с органами полиции и МЧС, водолазами и волонтёрами принимаются все возможные меры по установлению местонахождения пропавшего ребёнка.

С «Коршуном» наперевес

Максим Чалков, пресс-служба СУ СК РФ по Свердловской области © «Вечерние ведомости»

Поделиться в соцсетях:

 

Версия для печати   Код для вставки в блог

Добавление комментария

Комментарии работают в режиме премодерации.

Если Вы хотите связаться с редакцией по теме этой публикации или поделиться своей историей, пишите на veved@veved.ru.


Ваше имя:


Текст комментария:


Код защиты:

Включите эту картинку для отображения кода безопасности
обновить, если не виден код

Введите код защиты:



Новости
Сегодня
Патрульный участок





Мы в соцсетях



Архив
«    Август      »  2020   
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31