Поиски останков Михаила Романова в Перми будут продолжены
Международная экспедиция ждет открытия границ, но прибудет в любом случае
09.06.2020
В эти дни исполняется 102 года со времени трагических событий в Перми. В ночь на 13 июня 1918 года младший брат императора Николая II великий князь Михаил Александрович и его личный секретарь Николай Жонсон были тайно вывезены чекистами из «Королевских номеров» на улице Сибирской и убиты. Это событие открыло череду расправ с представителями императорского дома в Екатеринбурге и Алапаевске.
По Сибирскому тракту, направо
Первая попытка найти останки Михаила Романова и его секретаря была предпринята еще в 1921-1924 годах. Тогда, по некоторым данным, в Пермь приезжала московская комиссия, которая ничего не нашла. Хотя для молодой советской власти было важно подтвердить факт смерти Михаила Романова и пресечь слухи о том, что он жив. Напомним, некоторые историки и сегодня считают, что де-юре он был последним российским императором.
Вернулись к поискам только в 90-х годах прошлого века. В результате появилось до восьми версий относительно того, где следует искать. С 2012 года при поддержке Следственного комитета России, местной власти в Перми работает международная экспедиция, которая занимается поиском захоронения. Основания для такой поддержки есть: уголовное дело об убийстве членов семьи Романовых не закрыто, расследование продолжается.
Для потомка русских эмигрантов первой волны Петра Сарандинаки, уроженца Аргентины, проживающего в США, поиски стали делом жизни. При его участии и поддержке основанного им фонда «S.E.A.R.C.H.» американские и европейские эксперты стали выезжать в экспедиции на Урал. Он же содействовал идентификации останков детей Николая II царевича Алексея и великой княжны Марии, обнаруженных в 2007 году.
В 2009 году Петр Сарандинаки впервые приехал в Пермь. А начиная с 2012 года, каждый летний сезон привозит сюда международную команду экспертов. При раскопках используется современное геофизическое, электромагнитное оборудование, позволяющее оценить, что находится под землей.
Поиски основываются на так называемой «Зеленой папке» – воспоминаниях четверых убийц, которые были записаны в 1924 году для сборника по истории революции и PKП(б)). Участники событий рассказывали, как прибыли в «Королевские номера», как везли великого князя и его секретаря по Соликамскому тракту, потом свернули направо…
Первой задачей исследователей было выяснить, как проходил старый Соликамский тракт, где можно было свернуть с него вправо, понять, на какое расстояние фаэтоны могли отъехать от тракта. Кроме того, в воспоминаниях чекистов упоминается только место расстрела. Закапывали тела на другой день. Данных о захоронении в архивах нет. По оценке экспертов, в зону поиска попадает полоса в 20-30 метров вдоль дороги.
На связи Рестон, штат Вирджиния
Уже очевидно, что из-за пандемии в этом году у международной экспедиции возникнут трудности. Поэтому мы связались с Петром Сарандинаки по Whatsapp, чтобы узнать о планах на предстоящий сезон. Он рассказал, что изначально группа планировала приехать в Пермь в июле:
- Билеты уже куплены, но, видимо, их придется менять. Приедем в Пермь в сентябре, если Бог даст. Мы готовы, но все зависит от того, когда откроются границы.
- Петр Александрович, работать будет та же команда?
- В основном да. С нами выезжают русские археологи из Санкт-Петербурга и Ростова, эксперты группы «Necro Search International», которые работают как волонтеры. В составе этой группы судебные эксперты – представители порядка 16 разных научных дисциплин, которые объединились, чтобы искать тела. Они работают по всему миру с полицией, с ФБР – и со мной.
- Вести поиски планируете на том же участке?
- Да. Когда мы впервые приехали в Пермь, нам называли много мест, где мог произойти расстрел. Но с помощью Пермского историко-культурного фонда «Обретение», его представителей Нелли Зенковой и Любови Марковой мы смогли уточнить район поиска.
Потому что нам ведь могли предоставить место для раскопок где угодно, понимаете?
Убийцы задали нам большую работу - потому что они все они врали. Один пишет - после того как свернули с Соликамского тракта, проехали 50 сажен, убили и здесь же захоронили. Другой говорит – проехали 150-200 сажен. Это разница почти в километр, громадный участок!
Территорию, которую предстоит обследовать, мы разметили на отдельные участки и последовательно отрабатываем каждый, смотрим все, чтобы была уверенность, что мы ничего не пропустили. И у нас уже есть хорошие находки – например, винтовочные патроны.
Мы уже много знаем. Мы открыли большое поле и понимаем, что есть под землей. Но главное - мы нашли дорогу, по которой они ехали. Видимо, они остановились перед горой, на которую не могли заехать фаэтоны. Это была одноколейная дорога, по которой возили сено и прочее, не очень основательная, потому что она сейчас смыта. Но мы говорили с людьми и смогли уточнить, где она проходила. Помог и наш эксперт-ботаник, которая смогла по растениям определить, где проходила дорога.
Убийцы знали местность очень хорошо. Они работали на Мотовилихинских заводах и как раз в этом месте получали от завода участки под покосы. Кроме того, они там собирались на маевки.
Когда нам дали записки убийц и мы перевели их, то поняли, что это действительно доказательства убийства. Один из них, Мясников, писал, например, что они захоронили убитых на Жужговом покосе, и после этого он вырезал ножом на сосне буквы МРВК – Михаил Романов, великий князь. Но все они говорили разное, некоторые даже противоречили сами себе.
Так что вопрос не в том, кто врал, – надо понять, кто врал меньше. Нам сейчас помогает разобраться в этом американский эксперт - судебный психолог. К концу июля она должна завершить работу, и я буду располагать заключением.
- А в Перми и вообще в России вам помогают?
- Очень благодарны за поддержку Русской православной церкви, силовым ведомствам, общественным организациям, особенно фонду «Обретение», губернатору и правительству Пермского края, властям города Перми, бизнесу – компаниям, которые помогают нам с трансфертами, питанием. Да и просто частные лица нас поддерживают. Цель у нас благая – восстановить истину, историческую справедливость, дать останкам покой. Других интересов нет.
Вне полевого сезона поиски продолжаются в архивах. Причем именно в пермских – ни в Москве, ни в Санкт-Петербурге материалов об обстоятельствах смерти великого князя Михаила Александровича и его секретаря не имеется.
Добавим, что в 2018 году в администрации губернатора Пермского края была создана рабочая группа, правительство Пермского края впервые принимало участие в решении организационных вопросов международной экспедиции. К приезду группы начали готовить нужные участки – убирать мусор, выкашивать траву. Это позволяет ускорить раскопки. И зона поиска сужается.
НАША СПРАВКА
Петр Сарандинаки – потомок эмигрантов первой волны, правнук генерала Розанова и внук Кирилла Нарышкина. О гибели царской семьи он впервые услышал в 10 лет от своей бабки Анны Нарышкиной, дочери генерала. Именно генерал Розанов и его адъютант Кирилл Нарышкин первыми вошли в Ипатьевский дом, когда спустя 7 дней после расстрела царской семьи Екатеринбург заняла армия Колчака…
Генерал Розанов был другом следователя Соколова, которому при Колчаке было поручено расследование расстрела царской семьи в Екатеринбурге и поиск останков. После отступления белых он вывез материалы и найденные им вещественные доказательства с Дальнего Востока во Францию. Во время долгого путешествия на пароходе вокруг континента Соколовы и Нарышкины жили в одной каюте. Сундучок Соколова хранился под койкой Анны.
Сейчас Петр Сарандинаки пишет книгу. В ней много интересного о его родственниках - исторических персонажах. К примеру, его прадядя камергер Алексей Николаевич Хвостов был министром внутренних дел Российской империи в 1915-1916 годах. А прадед его жены Марии Толстой Михаил Родзянко - один из лидеров февральской революции 1917 года, возглавлявший Временный комитет Государственной думы. Столько всего пересеклось в истории одной семьи.
Будут в книге и главы про поиски останков Алексея и Марии в 2007-2008 годах, и страницы, посвященные работе экспедиции в Перми.
Ольга БОРЗУН
Фото – "ВВ"
По Сибирскому тракту, направо
Первая попытка найти останки Михаила Романова и его секретаря была предпринята еще в 1921-1924 годах. Тогда, по некоторым данным, в Пермь приезжала московская комиссия, которая ничего не нашла. Хотя для молодой советской власти было важно подтвердить факт смерти Михаила Романова и пресечь слухи о том, что он жив. Напомним, некоторые историки и сегодня считают, что де-юре он был последним российским императором.
Вернулись к поискам только в 90-х годах прошлого века. В результате появилось до восьми версий относительно того, где следует искать. С 2012 года при поддержке Следственного комитета России, местной власти в Перми работает международная экспедиция, которая занимается поиском захоронения. Основания для такой поддержки есть: уголовное дело об убийстве членов семьи Романовых не закрыто, расследование продолжается.
Для потомка русских эмигрантов первой волны Петра Сарандинаки, уроженца Аргентины, проживающего в США, поиски стали делом жизни. При его участии и поддержке основанного им фонда «S.E.A.R.C.H.» американские и европейские эксперты стали выезжать в экспедиции на Урал. Он же содействовал идентификации останков детей Николая II царевича Алексея и великой княжны Марии, обнаруженных в 2007 году.
В 2009 году Петр Сарандинаки впервые приехал в Пермь. А начиная с 2012 года, каждый летний сезон привозит сюда международную команду экспертов. При раскопках используется современное геофизическое, электромагнитное оборудование, позволяющее оценить, что находится под землей.
Поиски основываются на так называемой «Зеленой папке» – воспоминаниях четверых убийц, которые были записаны в 1924 году для сборника по истории революции и PKП(б)). Участники событий рассказывали, как прибыли в «Королевские номера», как везли великого князя и его секретаря по Соликамскому тракту, потом свернули направо…
Первой задачей исследователей было выяснить, как проходил старый Соликамский тракт, где можно было свернуть с него вправо, понять, на какое расстояние фаэтоны могли отъехать от тракта. Кроме того, в воспоминаниях чекистов упоминается только место расстрела. Закапывали тела на другой день. Данных о захоронении в архивах нет. По оценке экспертов, в зону поиска попадает полоса в 20-30 метров вдоль дороги.
На связи Рестон, штат Вирджиния
Уже очевидно, что из-за пандемии в этом году у международной экспедиции возникнут трудности. Поэтому мы связались с Петром Сарандинаки по Whatsapp, чтобы узнать о планах на предстоящий сезон. Он рассказал, что изначально группа планировала приехать в Пермь в июле:
- Билеты уже куплены, но, видимо, их придется менять. Приедем в Пермь в сентябре, если Бог даст. Мы готовы, но все зависит от того, когда откроются границы.
- Петр Александрович, работать будет та же команда?
- В основном да. С нами выезжают русские археологи из Санкт-Петербурга и Ростова, эксперты группы «Necro Search International», которые работают как волонтеры. В составе этой группы судебные эксперты – представители порядка 16 разных научных дисциплин, которые объединились, чтобы искать тела. Они работают по всему миру с полицией, с ФБР – и со мной.
- Вести поиски планируете на том же участке?
- Да. Когда мы впервые приехали в Пермь, нам называли много мест, где мог произойти расстрел. Но с помощью Пермского историко-культурного фонда «Обретение», его представителей Нелли Зенковой и Любови Марковой мы смогли уточнить район поиска.
Потому что нам ведь могли предоставить место для раскопок где угодно, понимаете?
Убийцы задали нам большую работу - потому что они все они врали. Один пишет - после того как свернули с Соликамского тракта, проехали 50 сажен, убили и здесь же захоронили. Другой говорит – проехали 150-200 сажен. Это разница почти в километр, громадный участок!
Территорию, которую предстоит обследовать, мы разметили на отдельные участки и последовательно отрабатываем каждый, смотрим все, чтобы была уверенность, что мы ничего не пропустили. И у нас уже есть хорошие находки – например, винтовочные патроны.
Мы уже много знаем. Мы открыли большое поле и понимаем, что есть под землей. Но главное - мы нашли дорогу, по которой они ехали. Видимо, они остановились перед горой, на которую не могли заехать фаэтоны. Это была одноколейная дорога, по которой возили сено и прочее, не очень основательная, потому что она сейчас смыта. Но мы говорили с людьми и смогли уточнить, где она проходила. Помог и наш эксперт-ботаник, которая смогла по растениям определить, где проходила дорога.
Убийцы знали местность очень хорошо. Они работали на Мотовилихинских заводах и как раз в этом месте получали от завода участки под покосы. Кроме того, они там собирались на маевки.
Когда нам дали записки убийц и мы перевели их, то поняли, что это действительно доказательства убийства. Один из них, Мясников, писал, например, что они захоронили убитых на Жужговом покосе, и после этого он вырезал ножом на сосне буквы МРВК – Михаил Романов, великий князь. Но все они говорили разное, некоторые даже противоречили сами себе.
Так что вопрос не в том, кто врал, – надо понять, кто врал меньше. Нам сейчас помогает разобраться в этом американский эксперт - судебный психолог. К концу июля она должна завершить работу, и я буду располагать заключением.
- А в Перми и вообще в России вам помогают?
- Очень благодарны за поддержку Русской православной церкви, силовым ведомствам, общественным организациям, особенно фонду «Обретение», губернатору и правительству Пермского края, властям города Перми, бизнесу – компаниям, которые помогают нам с трансфертами, питанием. Да и просто частные лица нас поддерживают. Цель у нас благая – восстановить истину, историческую справедливость, дать останкам покой. Других интересов нет.
Вне полевого сезона поиски продолжаются в архивах. Причем именно в пермских – ни в Москве, ни в Санкт-Петербурге материалов об обстоятельствах смерти великого князя Михаила Александровича и его секретаря не имеется.
Добавим, что в 2018 году в администрации губернатора Пермского края была создана рабочая группа, правительство Пермского края впервые принимало участие в решении организационных вопросов международной экспедиции. К приезду группы начали готовить нужные участки – убирать мусор, выкашивать траву. Это позволяет ускорить раскопки. И зона поиска сужается.
НАША СПРАВКА
Петр Сарандинаки – потомок эмигрантов первой волны, правнук генерала Розанова и внук Кирилла Нарышкина. О гибели царской семьи он впервые услышал в 10 лет от своей бабки Анны Нарышкиной, дочери генерала. Именно генерал Розанов и его адъютант Кирилл Нарышкин первыми вошли в Ипатьевский дом, когда спустя 7 дней после расстрела царской семьи Екатеринбург заняла армия Колчака…
Генерал Розанов был другом следователя Соколова, которому при Колчаке было поручено расследование расстрела царской семьи в Екатеринбурге и поиск останков. После отступления белых он вывез материалы и найденные им вещественные доказательства с Дальнего Востока во Францию. Во время долгого путешествия на пароходе вокруг континента Соколовы и Нарышкины жили в одной каюте. Сундучок Соколова хранился под койкой Анны.
Сейчас Петр Сарандинаки пишет книгу. В ней много интересного о его родственниках - исторических персонажах. К примеру, его прадядя камергер Алексей Николаевич Хвостов был министром внутренних дел Российской империи в 1915-1916 годах. А прадед его жены Марии Толстой Михаил Родзянко - один из лидеров февральской революции 1917 года, возглавлявший Временный комитет Государственной думы. Столько всего пересеклось в истории одной семьи.
Будут в книге и главы про поиски останков Алексея и Марии в 2007-2008 годах, и страницы, посвященные работе экспедиции в Перми.
Ольга БОРЗУН
Фото – "ВВ"
© Вечерние ведомости
Читать этот материал в источнике
Читать этот материал в источнике
В Арамили возбудили уголовное дело после нападения собаки на двух детей
Суббота, 14 марта, 17.26
Суд обязал «Уральские авиалинии» выплатить компенсацию пассажиру за поврежденный ноутбук
Суббота, 14 марта, 17.14
Массовое ДТП на трассе в Нижнесергинском районе привело к ограничению движения
Суббота, 14 марта, 16.36